Перевод 1901 г. в современной орфографии и языке (LLM, claude-sonnet-5-5), не вычитан. Сверяйте со сканом и распознанным текстом 1901 г. CC BY 4.0, fillis.ru contributors. Лицензии
Не понимая, в чём дело, лошадь сначала горячится. Правильного такта пассажа выйти ещё не может. Чтобы не вызвать у лошади сопротивления, ездок должен быть очень осторожен.
Случается, что лошадь, чувствуя шпоры, но не понимая причины их ударов (сама работа ей неизвестна), от страха перед этими ударами доходит, можно сказать, до отчаяния.[1]
Не следует в это время долго и сильно настаивать, так как самая кроткая лошадь, потеряв голову, способна на невероятные сопротивления и развивает страшную силу. Иной раз её невозможно и победить.
Ездок, следовательно, должен сохранять полное спокойствие и самообладание. При малейшем намёке на такт, то есть после одного и не более двух темпов, надо отдать повод, погладить лошадь, дать ей успокоиться и только тогда начинать снова.
Наездник чуткий этот первый такт схватит, сдаст и погладит лошадь. Но чем ездок тупее, тем труднее для него схватить и отдать себе отчёт в отбитом лошадью такте.
Не чувствуя такта и продолжая настаивать, ездок непременно выведет лошадь из себя.
Во время выездки обыкновенно случается, что в один прекрасный день, выйдя из терпения, лошадь решается на «будь что будет» и начинает бить на все лады. Если ездоку удастся её победить, а победить её он может, только обладая энергией и чутьём (tact), то она покорится. Хотя лошадь и покорилась, но она всё-таки ещё не выезжена. ↩︎
Распознанный текст (OCR РГБ), не вычитан. Лицензии
возможности выкинуть ногъ во всю, должна наверстать выносъ ихъ впередъ высотою подъема вверхъ. При шенкеляхъ работаютъ и шпоры, подъ каждымъ уколомъ которыхъ, лошадь при выносѣ каждой діагонали, подскакиваетъ вверхъ. Этимъ намѣчается пассажъ.
Не понимая въ чемъ дѣло, лошадь сначала горячится. Правильнаго такта пассажа выйти еще не можетъ. Чтобы не вызвать у лошади сопротивленія, ѣздокъ долженъ быть очень остороженъ.
Случается, что лошадь чувствуя шпоры, но не понимая причины ударовъ ихъ (сама работа для нея неизвѣстна), отъ страха передъ этими ударами, доходитъ, можно сказать, до отчаянія [1].
Не слѣдуетъ въ это время долго и сильно настаивать, такъ какъ самая кроткая лошадь, потерявъ голову, способна на невѣроятныя сопротивленія и развиваетъ страшную силу. Иной разъ ее не возможно и побѣдить.
Ѣздокъ, слѣдовательно долженъ сохранять полное, спокойствіе и самообладаніе. При малѣйшемъ намекѣ на тактъ т. е. послѣ одного и не болѣе двухъ темповъ, надо отдать поводъ, погладить лошадь, дать ей успокоиться и только тогда начинать снова.
Наѣздникъ чуткій этотъ первый тактъ схватитъ, сдаетъ и погладитъ лошадь. Но чѣмъ ѣздокъ тупѣе, тѣмъ труднѣе для него схватить и отдать себѣ отчетъ въ отбитомъ лошадью тактѣ.
Не чувствуя такта и продолжая настаивать, ѣздокъ непремѣнно выведетъ лошадь изъ себя.
Во время выѣздки обыкновенно случается, что въ одинъ прекрасный день, выйдя изъ терпѣнія, лошадь рѣшается на «будь что будетъ» и начинаетъ бить на всѣ лады. Если ѣздоку удастся ее побѣдить, а побѣдить ее онъ можетъ только обладая энергіей и чутьемъ (tact), то она покорится. Хотя лошадь и покорилась, но она все-таки еще не выѣзжена. ↩︎