Идя по этому пути, лошадь наконец достигнет того, что не только будет идти на повод, но «подниматься на него» (remonter sur la main). Под этим я подразумеваю то, что под воздействием шенкелей лошадь так далеко и смело подводит под центр тяжести задние конечности, что развитый ими в высшей степени посыл не только будет гнать, но устремлять массу лошади на грызело. В таком положении лошадь будет идти не только в поводу, но в высшем его проявлении, т. е. в сборе. Когда лошадь идёт в сборе, поводья должны быть натянуты настолько слабо, чтобы нисколько не задерживать посыла, но вместе с тем настолько чувствительно, чтобы соприкосновение руки всадника с железом не прекращалось, чтобы посыл мог беспрепятственно доходить до руки его и ею мог бы быть направлен по желанию. При таком поставе перед лошади очень поднят, идёт она передними ногами очень высоко; термин «идти вверх на повод, подыматься на повод» совершенно подходит к данному случаю.

Теперь выражение «лошадь идёт между ногами и руками всадника» должно стать понятным.

Ноги и руки, т. е. шенкеля и поводья, пересылают одни другим остающийся от поступательного движения лошади излишек поступательной инерции массы и этой непрерывной передачей поддерживают саму массу в равновесии.

Лошадь, исполняющая высшую езду, совершенно заключена между шенкелями и поводьями; лошадь полевая стоит впереди шенкелей и между поводом (такая лошадь при растяжных аллюрах должна слегка поддерживать себя поводом). Если лошадь не отвечает шенкелям, то она стоит и за шенкелями и за поводом, т. е. зад её перевешивает перед.

Не всякая лошадь может дать сбор, т. е. высшую степень повода, но всякая лошадь может и должна идти в хорошем равновесии, т. е. в поводу, для какой бы службы она ни назначалась.

Идя по этому пути лошадь наконецъ достигнетъ того, что не только будетъ идти на поводъ, но «подниматься на него (remonter sur la main). Подъ этимъ я подразумѣваю то, что подъ воздѣйствіемъ шенкелей лошадь такъ далеко и смѣло подводитъ подъ центръ тяжести заднія конечности, что развитый ими въ высшей степени посылъ не только будетъ гнать, но устремлять массу лошади на грызело. Въ такомъ положеніи лошадь будетъ идти не только въ поводу, но въ высшемъ его проявленіи, т. е. въ сборѣ. Когда лошадь идетъ въ сборѣ, поводья должны быть натянуты настолько слабо, чтобы нисколько не задерживать посыла, но вмѣстѣ съ тѣмъ настолько чувствительно, чтобы соприкосновеніе руки всадника съ желѣзомъ не прекращалось, чтобы посылъ могъ безпрепятственно доходить до руки его и ею могъ-бы быть направленъ по желанію. При такомъ поставѣ, передъ лошади очень поднятъ, идетъ она передними ногами очень высоко; терминъ «идти вверхъ на поводъ, подыматься на поводъ», совершенно подходитъ къ данному случаю.

Теперь, выраженіе—«лошадь идетъ между ногами и руками всадника»—должно стать понятнымъ.

Ноги и руки, т. е. шенкеля и поводья, пересылаютъ одни другимъ остающійся отъ поступательнаго движенія лошади излишекъ поступательной инерціи массы и этой непрерывной передачей поддерживаютъ саму массу въ равновѣсіи.

Лошадь исполняя высшую ѣзду, совершенно заключена между шенкелями и поводьями; лошадь полевая стоитъ впереди шенкелей и между поводомъ, (такая лошадь при растяжныхъ аллюрахъ, должна слегка поддерживать себя поводомъ). Если лошадь не отвѣчаетъ шенкелямъ, то она стоитъ и за шенкелями и за поводомъ, т. е. задъ ея перевѣшиваетъ передъ.

Не всякая лошадь можетъ дать сборъ, т. е. высшую степень повода, но всякая лошадь можетъ и