Лошадь, встревоженная тем, что её атакуют, и не понимая причины этих атак, поскольку работа для неё новая, иногда в страхе перед шпорами — которые всегда наготове, — впадает в своего рода отчаяние^[1].

Если бы вы стали настаивать в такой момент, вы были бы неправы и к тому же, скорее всего, не вышли бы из борьбы победителем. Ведь самая кроткая лошадь, обезумев, обретает необычайную силу и сопротивляется с невероятной яростью.

Поэтому нужно всегда оставаться очень спокойным и при малейшем признаке каденции, то есть на первом или, самое позднее, на втором темпе, прекратить действие средств управления, погладить лошадь, дать ей время успокоиться и затем начать снова.

Берейтор с очень тонким чувством лошади останавливается на первом темпе и гладит. Но чем менее развито у него чувство лошади, тем хуже он способен распознать, был ли темп каденцированным. В этом случае он продолжает, всё пытаясь уловить каденцию и добиваясь лишь того, что выводит лошадь из себя.

Этим и объясняется, что искусный и очень тонкий берейтор получает от лошади всё, не сделав её норовистой и не оставив на ней никаких изъянов. Улавливая малейший признак послушания, он тотчас прекращает работу, чтобы лаской дать лошади понять, что она поступила хорошо. Необычайная быстрота, с которой он замечает мельчайшие оттенки, избавляет его от необходимости изнурять лошадь, отбивать у неё охоту к работе и доводить её до борьбы, в которой изнашиваются оба.

Le cheval, inquiet de se voir attaquer et ne comprenant pas le motif de ces attaques, puisque le travail est nouveau pour lui, finit quelquefois, dans la crainte des éperons, — qui sont toujours près, — par tomber dans une sorte de désespoir^[1].

Si vous insistiez dans ce moment, vous auriez tort, et, du reste, vous ne sortiriez probablement pas vainqueur de la lutte. Car le cheval le plus doux, pris d'affolement, trouve une force extraordinaire et se livre à des défenses d'une violence incroyable.

Il faut donc toujours rester très calme, et, au moindre signe de cadence, c'est-à-dire au premier, ou, au plus tard, au second temps, cesser l'action de vos aides, caresser le cheval, lui donner le temps de se calmer et ensuite recommencer.

L'écuyer qui a une grande finesse de tact arrête au premier temps et caresse. Mais, moins il a le tact développé, moins il est apte à reconnaître si le temps est cadencé. Dans ce cas, il continue, tâchant toujours de saisir la cadence et n'aboutissant qu'à énerver son cheval.

C'est ce qui explique qu'un écuyer habile et très fin obtient tout de son cheval sans le rendre vicieux ni lui donner aucune tare. Pouvant, en effet, saisir le