Так же поступают и с полукровными, предназначенными для рысистых бегов, только чуть медленнее, поскольку бегут они лишь в три года. И тем и другим природе помогают кормлением, ей содействуют, развивая организм постепенными и постоянными упражнениями.

Правда же в том, что с остальными лошадьми заводчик не только не содействует природе, но идёт ей наперекор, сковывает её недостаточным кормлением. Лошадь растёт быстро; её костяк, мускулатура, масса значительны. Чтобы этот мощный организм рос так быстро, чтобы молодая лошадь росла, не впадая в малокровие, а, напротив, набирая нужную силу, корм её должен быть богатым, а разумная работа мышц должна поддерживать и ускорять развитие. Ведь, за исключением тех, что предназначены для скачек и конных заводов, жеребят и молодых лошадей не кормят и не упражняют.

Их растят на траве и в покое, то есть как можно дешевле, потому что коневодство — это промысел.

На таком водянистом, малопитательном корме, без движения, лошадь отстаёт во всех отношениях. Она медленнее растёт, кости её поздно крепнут, мускулы совсем не рельефны. Больше того, с возрастом она не набирает силы, а всё больше слабеет и истощается. В три года она лишь отстаёт в развитии; в четыре и особенно в пять лет она глубоко малокровна — это, можно сказать, больная, которую надо поправлять, восстанавливать. Режимом, который является или должен бы являться настоящим лечением, надо исправить, восполнить этот истощённый организм. Я убеждён, что удаётся это лишь отчасти и что лошадь, поправленная так поздно, никогда не станет такой хорошей, какой стала бы при ином способе выращивания. И чем дольше ждут, чтобы восстановить молодую лошадь, посадить её на овёс, как говорят, тем лечение дольше и тем менее надёжен его исход. Трёхлетке чаще всего хватает нескольких месяцев. Четырёхлетке, а тем более пятилетке, нужен год и больше. И этот бесспорный факт объясняется слишком просто: животное дольше страдало, малокровие сильнее, а общее истощение стало, так сказать, органическим.

faire. Ils mâchonnent un peu d'avoine dès leurs premiers jours. A six ou huit mois, leur ration est déjà de six litres par jour. A dix-huit mois, ils sont mis à l'écurie, fortement nourris et soumis à l'entraînement. A deux ans, ils figurent déjà dans des courses spéciales.

On procède de même pour les demi-sang destinés aux courses au trot, mais avec un peu plus de lenteur, puisqu'ils ne courent qu'à trois ans. Pour les uns et les autres, on aide la nature par l'alimentation ; on la seconde en développant l'organisme par un exercice gradué et constant.

La vérité est que, pour les autres chevaux, loin de seconder la nature, l'éleveur la contrarie, l'entrave par une alimentation insuffisante. Le cheval grandit vite ; sa charpente osseuse, son système musculaire, sa masse sont considérables. Pour que cet organisme puissant croisse si rapidement, pour que le sujet grandisse sans s'anémier et en acquérant au contraire la force voulue, il faut que son alimentation soit riche et qu'un exercice rationnel du système musculaire favorise et active le développement. Car, à l'exception de ceux qui sont destinés aux courses et aux haras, les poulains et les jeunes chevaux ne sont ni nourris, ni exercés.

Ils sont élevés à l'herbe et au repos, c'est-à-dire le plus économiquement possible, parce que l'élevage est un métier.

Sous l'influence de ce régime aqueux, peu substantiel, par suite du défaut d'exercice, le cheval est