Наконец, лошадь поднимается на руку, когда посыл, переданный шенкелями, решительно подводит скакательные суставы под центр и смело бросает лошадь на удила. Это возможно лишь при максимуме постановки, то есть при сборе. Поводья должны быть достаточно лёгкими, чтобы пропускать посыл, и вместе с тем достаточно натянутыми, чтобы установить связь между удилами и рукой и дать почувствовать, что посыл, решительно приходя на руку, находится в полном распоряжении всадника.

Так как шея в этом случае неизбежно высоко поднята, а движения лошади направлены вверх, нет ничего яснее выражения: лошадь поднимается на руку.

Теперь понятно, что имеют в виду, когда говорят, что лошадь между поводом и шенкелями: ведь шенкеля и руки постоянно перебрасывают друг другу посыл, так чтобы поддерживать равновесие, продвигаясь при этом вперёд.

la main. Le cheval est sur la main quand, tout en étant en flexion directe, il prend, de temps à autre, de légers contacts avec le mors, pour rester en communication constante avec la main du cavalier^[1].

Enfin le cheval remonte sur la main quand l'impulsion communiquée par les jambes engage résolument les jarrets sous le centre et jette franchement le cheval sur le mors. Cela n'est possible que dans le maximum de la mise en main qui est le rassembler. Il faut que les rênes soient assez légères pour laisser passer l'impulsion et cependant assez tendues pour établir le contact entre le mors et la main et faire sentir que, l'impulsion arrivant franchement sur la main, on en peut disposer à son gré.

Comme l'encolure est, dans ce cas, nécessairement haute, et que les actions du cheval sont en hauteur, rien de plus clair que cette expression : le cheval remonte sur la main.

On comprend maintenant ce qu'on veut dire quand on dit que le cheval est entre la main et les jambes, puisque ce sont les jambes et les mains qui se renvoient continuellement l'impulsion, de manière à maintenir l'équilibre, tout en gagnant du terrain en avant.