Я противник всякого смещения корпуса, при котором ягодицы отрываются от седла.

В кавалерии обычно учат вставать в стременах и как можно больше подавать корпус вперёд — чтобы колоть. Затем требуют наклоняться вправо и влево, чтобы наносить удары. Мне кажется, достаточно малейшего размышления, чтобы понять: удары можно наносить точно, только если корпус остаётся в равновесии, — иначе бьёшь палкой, а не саблей.

Всякий, кто хоть немного занимался фехтованием, знает, что главное условие, чтобы удары достигали цели, — совершенное равновесие корпуса. Кроме того, если сместиться, чтобы нанести удар вправо, надо вернуться на место, а это два совершенно бесполезных смещения. Если тем временем противник подойдёт слева, ты беззащитен.

В моей посадке изменились только ноги: я приложил их, чтобы подвести зад (читай: скакательные суставы) под центр. Голова лошади ушла за повод от рывка мундштуком. При таком положении лошади мне стоит лишь отдать руку, чтобы мгновенно получить любой нужный аллюр.

Я сознательно употребляю слова «рывок мундштуком», которые в верховой езде никогда не следовало бы употреблять. Но здесь речь идёт о боевой лошади, а искусство, по-моему, в том и состоит, чтобы приучить такую лошадь всё сносить: рывки руками, резкие удары шпор, толчки других лошадей и т. д.

Рисунок XI. — Нажимом обоих шенкелей я поднял лошадь в галоп атаки с левой ноги.

На рисунке XXVIII, остановка, видно, что правая задняя нога подведена под центр глубже левой, и это заставляет лошадь подняться в галоп с левой ноги, поскольку первый темп образует правый скакательный сустав.

На галопе атаки с левой ноги лошадь снята в четвёртый темп скачка, точно так же, как с правой.

См. ещё рисунок XII: Maestoso, обнос влево, первый темп прыжка; и рисунок XIII: Maestoso, обнос влево, второй темп прыжка.

tandis que dans les demi-tours et dans les pi-

bougé. Je n'ai pas eu à subir la moindre secousse et les fesses restent immobiles à leur place.

Je suis l'ennemi de tout déplacement de corps qui enlève les fesses de la selle.

Dans les cavaleries, on enseigne généralement à se placer debout dans les étriers et à porter le corps le plus possible en avant : cela pour pointer. On demande ensuite de se pencher à droite et à gauche pour porter des coups. Il me semble que la moindre réflexion suffit pour démontrer que les coups ne peuvent être portés avec précision que si le corps reste d'aplomb : autrement, on donne des coups de bâton et non de sabre.

Quiconque a un peu étudié l'escrime sait que la condition principale, pour que les coups arrivent à destination, est que le corps reste en équilibre parfait. Puis, si on se déplace pour porter un coup à droite, il faut se replacer, ce qui occasionne deux déplacements bien inutiles. Si, pendant ce temps, un adversaire s'approche à gauche, on est livré sans défense.

Mes jambes seules ont changé dans ma position : je les ai rapprochées pour amener l'arrière-main (lisez les jarrets) sous le centre. La tête du cheval s'est encapuchonnée sous la secousse du mors. D'après la position du cheval, je n'ai qu'à rendre la main pour obtenir instantanément l'allure que je veux.

C'est avec connaissance de cause que j'emploie les mots « secousse du mors », que l'on ne devrait jamais employer en équitation. Mais ici, il s'agit du cheval de guerre, et selon moi, le talent consiste à amener ce cheval à tout supporter : à-coups de mains, brusques coups d'éperons, bousculades des autres chevaux, etc.

Planche XI. — Sur une pression des deux jambes, j'ai mis mon cheval au galop de charge sur le pied gauche.

On peut voir planche XXVIII, temps d'arrêt, que le pied droit postérieur est plus engagé sous le centre que le gauche, ce qui force le cheval à prendre le galop à gauche, puisque le jarret droit en forme le premier temps.

Le cheval, dans le galop de charge sur le pied gauche, est pris au quatrième temps de sa foulée, tout comme à droite.

Voir encore planche XII : Maestoso, dérobade à gauche,