Машинный перевод (LLM, claude-opus-5-5), не вычитан. CC BY 4.0, fillis.ru contributors. Лицензии
У Markir был нарыв на шее, и он шесть недель не работал. Мой бедный Germinal работал за двоих. В 1894 году, с июня по июль, в жару 30 градусов по Реомюру, он дал сорок два представления подряд, и, по-моему, на последнем он был лучше, чем на первом. Только чистокровная лошадь способна на такое.
20 января. — У Povero менялись средние резцы. По этой причине я почувствовал некоторое сопротивление, которое знал прежде и которое исчезло, когда постоянные зацепы сменили молочные. Нельзя сказать, что Povero сопротивлялся руке или мундштуку, но то, что его молочные средние резцы вскоре выпадут, я заключил по тому, что он проделывал языком.
С тех пор как у него сменились зубы, называемые зацепами, язык спокойно оставался на своём месте. Но с недавних пор он снова начал проделывать языком то же, что и прежде, когда должны были выпасть зацепы. Было очевидно, что во рту у него сильное неудобство. Этим и объяснялись движения языка, который оказывался у края губ справа или слева, но наружу лошадь его не высовывала.
Распознанный текст (OCR), не вычитан. Source gallica.bnf.fr / BnF, условия BnF. Лицензии
ils parurent en public le 4 mai 1890. Depuis cette époque jusqu'au mois de mars 1898, ils travaillèrent presque sans relâche. Quel travail et que de sueurs en été! Malgré les efforts que je leur demandais, leurs jambes restèrent aussi nettes que celles d'un poulain.
Markir ayant eu un abcès au cou, resta pendant six semaines hors de service. Mon pauvre Germinal travailla pour deux. En 1894, de juin à juillet, par 30 degrés Réaumur, il donna quarante-deux représentations consécutives et je crois bien qu'il était meilleur à la dernière qu'à la première. Il n'y a qu'un pur sang capable d'en faire autant.
Le 20 janvier. — Povero était en train de changer ses dents mitoyennes. Ce fut pour cette raison que je ressentis une certaine résistance que j'avais connue jadis, et qui avait disparu depuis que les pinces d'adulte avaient remplacé les pinces de lait. On ne peut pas dire que Povero se défendait contre la main ou le mors, mais ce qui me faisait croire que ses mitoyennes de lait tomberaient sous peu, c'était la manœuvre qu'il faisait avec la langue.
Depuis qu'il avait changé les dents dites pinces, sa langue restait bien tranquillement à sa place. Mais, depuis peu, il recommençait à faire