3. Достигнуть лёгкости движений лошади путём сгибаний и раздачи челюсти.

Раз лошадь поставлена в равновесие, челюсть, развитая сгибаниями, даёт возможность регулировать движения зада вперёд и переда назад. Именно, рука всадника, находящаяся в постоянном общении с челюстью лошади, принимает через неё на повод напор тяжести тела лошади, бросаемой сзади наперёд задними ногами её, и, приняв этот напор, отбрасывает эту тяжесть обратно назад на задние ноги^[1].

Гибкость, податливость спереди назад челюсти, головы и шеи увеличивается прогрессивно сзади наперёд, т. е. податливее всего челюсть, затем голова в затылке и наконец шея в холке, в плечах. (Представьте себе бич, который вы держите за толстый конец.) Иными словами, сила поступательного движения, развитая лошадью в самой себе, встречает руку всадника; рука, нажимая поводом на дёсны, гнёт спереди назад, давит:

1. Челюсть (тем сильнее, чем сильнее напор).

2. Через челюсть голову на шею. Шея в силу положения своего относительно плеч упирается в них всею силою развившегося поступательного напора (повод — челюсть; челюсть — затылок; затылок — шею, спереди назад).

Такое взаимное отношение всадника и лошади определяется термином «лошадь в руке» (у нас принято — лошадь в поводу). От положения головы лошади зависит и воздействие повода. При опущенной голове мундштук будет действовать как трензель (снизу вверх; лошадь может стать за поводом). При верно поднятой голове, т. е. как выше сказано, близко к отвесу, мундштук, лёжа на дёснах, будет действовать правильно спереди назад по прямой. (Когда голова слишком ушла вперёд за отвес, мундштук перестаёт действовать правильно, так как давление будет идти сверху вниз.) Такова, по моему мнению, цель и таковы должны быть приёмы сгибания затылка (flexion directe). Приёмы эти вывел я не из предвзятой теории и применяю я их не наобум. Надеюсь, что мне удалось выяснить их сущность.

уравновѣшеннымъ тѣломъ лошади, и все это цѣлое становится гибкимъ, ловкимъ, поворотливымъ.

3. Достигнуть легкости движеній лошади путемъ сгибаній и раздачи челюсти.

Разъ лошадь поставлена въ равновѣсіе, челюсть, развитая сгибаніями, даетъ возможность регулировать движенія зада впередъ и переда назадъ. Именно, рука всадника, находящаяся въ постоянномъ общеніи съ челюстью лошади, принимаетъ черезъ нее на поводъ напоръ тяжести тѣла лошади, бросаемой сзади на передъ задними ногами ея и, принявъ этотъ напоръ, отбрасываетъ эту тяжесть обратно назадъ на заднія ноги ^[1].

Гибкость, податливость спереди назадъ челюсти, головы и шеи, увеличивается прогрессивно сзади на передъ т. е. податливѣе всего челюсть, затѣмъ голова въ затылкѣ и наконецъ шея въ холкѣ, въ плечахъ. (Представьте себѣ бичъ, который вы держите за толстый конецъ). Иными словами сила поступательнаго движенія, развитая лошадью въ самой себѣ, встрѣчаетъ руку всадника; рука, нажимая поводомъ на десна, гнетъ спереди назадъ, давитъ:

1. Челюсть (тѣмъ сильнѣе, чѣмъ сильнѣе напоръ).

2. Черезъ челюсть голову на шею. Шея, въ силу положенія своего относительно плечъ, упирается въ нихъ всею силою развившагося поступательнаго напора (поводъ—челюсть; челюсть—затылокъ; затылокъ—шею, спереди назадъ).

Такое взаимное отношеніе всадника и лошади опредѣляется терминомъ «лошадь въ рукѣ» (у насъ принято—лошадь въ поводу). Отъ положенія головы лошади зависитъ и воздѣйствіе повода. При опущенной