Само собой разумеется, что всё сказанное относится к лошади не совсем выезженной, так как выезженная лошадь никогда не собьётся с аллюра. Не всегда лошадь только из лени или упрямства не даёт полной рыси, но для отказа её могут быть и другие причины. Виноват может быть сам всадник, если рука его не спокойна, болтается, а рот лошади мягок и чувствителен. Может быть, слишком строг мундштук; может быть, у лошади набит рот, следовательно, он болезненно чувствителен. Может быть, у лошади что-нибудь болит, и она, думая облегчить боль, меняет аллюр. Вообще, прежде чем обвинять лошадь, ездок должен доискаться причины, и может оказаться виноватой не лошадь, а он сам^[1]. Барышники применяют очень простой способ, чтобы узнать, не от боли ли во рту лошадь плохо идёт рысью. Вот этот способ: бросить поводья, взяться рукой за гриву на середине шеи и пустить лошадь рысью. Если она пойдёт хорошо, то значит, у неё болит рот. Когда рысака выдерживают для ипподрома, т. е. когда имеется в виду только быстрота хода, то его обыкновенно сильно кладут на повод. Тренеры не обращают внимания ни на мягкость рта, ни на правильность хода. Ипподромные рысаки, будучи всегда энергичны, сильно тянут. Ездоки, воображая, что чем больше тянуть лошадь, тем она резвее пойдёт, тянут её со своей стороны изо всех сил. Но это большое заблуждение, так как чем сильнее тянуть, тем больше тяжести подаётся на поясницу и скакательные суставы. Для полного развития рыси лошади надо дать только необходимую поддержку поводом, всегда очень незначительную. На бегах, как и на скачках, ездоку, конечно, приходится немного «нести» перед. «Нести» перед нужно снизу вверх, а не спереди назад, чтобы не задерживать работы задних конечностей.

новить, приласкать, успокоить и тронуть опять. Пріемъ этотъ всегда бываетъ удаченъ съ горячею лошадью. но безполезенъ съ лѣнивой. Если заскакала лѣнивая лошадь, то надо ее выслать энергичными шенкелями на болѣе рѣзвый галопъ и на этомъ усиленномъ галопѣ провести метровъ пятьсотъ—шестьсотъ. Лошадь расчитывала отдѣлаться отъ усилія, которое ей пришлось-бы употребить для прибавки рыси и сама навлекла на себя наказаніе, которое потребовало отъ нея еще большихъ усилій. Когда ей придется испытать такое наказаніе нѣсколько разъ, то она пойметъ всю невыгоду своей уловки. Этотъ пріемъ всякому доступенъ. Есть и другой, но чтобы примѣнять его нужно имѣть нѣкоторыя познанія въ ѣздѣ. У каждой лошади одна сторона развита больше другой, слѣдовательно одна сторона ловче и сильнѣе. Когда лошадь, вмѣсто прибавки рыси, заскачетъ, то она скачетъ на болѣе развитую сторону. Въ наказаніе надо продержать ее на галопѣ, но перемѣнить ей ногу. Для этого надо натянуть трензельный поводъ той стороны, ногу которой лошадь выноситъ. Плечо задержится, а шенкелемъ той же стороны, въ тоже время, надо отвернуть ей задъ ^[1].

Само собой разумѣется, что все сказанное относится къ лошади не совсѣмъ выѣзжанной, такъ какъ выѣзжанная лошадь никогда не собьется съ аллюра. Не всегда лошадь только изъ лѣни или упрямства не даетъ полной рыси, но для отказа ея могутъ быть и другія причины. Виноватъ можетъ быть самъ всадникъ, если рука его не спокойна, болтается, а ротъ лошади мягокъ и чувствителенъ. Можетъ быть слишкомъ строгъ мундштукъ; можетъ быть у лошади набитъ ротъ, слѣдовательно онъ болѣзненно чувствителенъ. Можетъ быть у лошади что нибудь болитъ и она, думая облегчить