Вопрос всегда должен быть деликатно отмерен. Но ответ далеко не всегда укладывается в разумные пределы. Гнев, неистовство, грубость, доведённая до крайности, сначала представляются весьма ограниченному уму лошади лучшим средством избавиться от докучливого человека. Дурные лошади с этого начинают и более или менее долго упорствуют в злобе. Самые кроткие под упорным принуждением рано или поздно тоже доходят до исступления; и пока после частичных побед выезжающего лошадь не дала последнего, решающего сражения, в котором должна потерпеть окончательное поражение, нельзя сказать, что она выезжена: при первом же случае она непременно попытается ускользнуть от воздействия, которое до тех пор подчиняло её лишь не вполне.

Учитель говорит: потребуйте от лошади того-то, таким-то способом, который ставит её перед необходимостью повиноваться, — и вы получите ожидаемый результат. Учитель говорит правду, и учитель говорит неправду — смотря с какой стороны взглянуть. Для вас он скажет неправду, если вы ждёте, что первая ваша попытка механически вызовет первую уступку, или если, после того как ваши последовательные требования вызвали её однажды, десять раз, сто раз, вы рассчитываете, что они будут вызывать её всегда и сопротивление никогда не появится. Он скажет правду, если вы поймёте, что отношения выезжающего и его ученика — это отношения одного живого организма с другим живым организмом и что всякое ваше требование неизбежно наталкивается на расположение, которое меняется в зависимости от настроения дня, от склонностей, вытекающих из сложения, от способностей особи, от её характера — флегматичного или энергичного, кроткого или злого, — от успехов в работе на гибкость, от степени воспитания.

La question doit être toujours délicatement mesurée. Mais la réponse ne se renferme point toujours dans des limites raisonnables. La colère, la violence, la brutalité poussée jusqu'à l'extrême, se présentent d'abord à l'esprit très borné du cheval, comme le meilleur moyen de se débarrasser d'un gêneur. Les mauvais commencent par là et s'entêtent dans la malice pour un temps plus ou moins long. Les plus doux finissent, sous la persévérance de la contrainte, par en arriver tôt ou tard à l'exaspération, et tant qu'après les victoires partielles du dresseur, le cheval n'a pas livré la suprême bataille où il doit rencontrer la défaite suprême, on ne peut pas dire qu'il soit dressé, car à la première chance immanquablement il tentera d'échapper à l'action qui ne l'a jusqu'alors qu'imparfaitement dominé.

Le maître dit : Demandez telle chose au cheval, de telle façon qui consiste à le mettre dans la nécessité de l'obéissance, et vous obtiendrez le résultat attendu. Le maître dit vrai et le maître dit faux, selon le point de vue. Il dira faux, pour vous, si vous attendez que votre première tentative produise mécaniquement la concession première, ou si vos sollici-